После кризиса будет конфликт

В комментариях к нынешнему кризису ожиданий радикальных перемен не заметно. Трудно ожидать, что в течение года могло произойти что-то особенное с Системой, располагающей колоссальной инерцией. Радикальных изменений нужно ожидать в тех зонах Системы, где изменения и необходимы и невозможны одновременно. Например, все согласны, что необходимо глобальное регулирование глобальных финансов, но все также согласны, что оно невозможно. Потому что для этого нужно согласие агентов, а их интересы не могут быть согласованы. Спрашивается: как быть? Ответ: нужны другие агенты. Это значит, что от решения отстраняются государства и инициатива переходит к кому-то другому. Может быть, к племенам, профсоюзам, городам, или к самим финансовым корпорациям, или к каким-то еще не сложившимся агентурам. Вот что такое было бы радикальное обновление.

Все чаще появляется мнение, что к следующему лету можно ожидать еще одного спада, «вторичного толчка». Но кризис, конечно, кончится, даже если будут повторные толчки. Что касается «победителей кризиса», то никто ничем похвастаться не может. Разве что можно похвалить бывшего министра финансов США Генри Полсона за то, что он, в нарушение господствовавшего неолиберального консенсуса, проявил инициативу, начав обратный ход к национализации долгов, накопившихся в частном секторе, и к стратегии фискального стимулирования конъюнктуры. Теперь ответственные инстанции должны проявить гораздо более тонкую интуицию, чтобы решить, когда прекратить нынешний пакет антициклических мер. Те, кто своевременно прекратит манипулирование бюджетом, потом будут тоже объявлены героями.

Западное общество – общество средних слоев. Значит, тот, кто приносит в жертву интересы средних слоев, дестабилизирует общество. При этом интересы общества последние два-три десятилетия приносились в жертву крупному капиталу. Что же касается коллизии этого кризиса, то в ней интересы крупного финансового капитала и средних слоев совпали. Гарантом и тех и других оказалось государство. Но когда кризис кончится, классовый конфликт между крупным капиталом и средними слоями опять обострится, и теперь очень надолго.