Искренность и идейность как товар

Вы встречали этих людей. У станций метро. У входов в магазины. Во дворах. По соседству с вашим подъездом и на лестничной площадке. Ветер трепал их смешные переднички с партийными эмблемами и мокрые знамена. Они клеили и раздавали листовки. Они писали лозунги. Они звонили вам в дверь и топтались на пороге, утверждая, что проводят социологический опрос и хотят узнать, что именно вы думаете о таком-то избирательном списке...

На самом же деле так они готовили почву для того, чтобы, например, испросить вашу подпись в поддержку этого списка, и выкладывали заученный наизусть и сданный на зачете стандартный текст, именуемый на жаргоне платных активистов "рэпом". Сами же они на жаргоне тех, кто их нанимает, называются "гоблины". Во время кампании они на срок, означенный в контракте, отправляются "кошмарить бабусь" или, иначе говоря, "в поля", где, применяя не слишком сложные приемы общения, выполняют поставленные перед ними задачи.

И получают за это деньги. Впрочем, не так давно откуда ни возьмись явились ребята, которые денег за это не просят. Но их пока немного, и о них - чуть погодя.

Что же касается тех, что пашут за мзду, то странное дело: платят одинаково - и тем, кто искренне разделяет задачи и идеи представляемых ими партий, и тем, кому эти идеи и задачи по сараю и барабану. Нельзя сказать, чтоб это было справедливо со стороны политических боссов и избирательных технологов. Разве можно равнять горячих сторонников и холодных, алчных циников? Разве первых не следует ценить выше? Или верность идее и готовность претворять ее в жизнь в ходе демократических процедур стоят столько же, сколько безыдейное и расчетливое умение болтать, пудря мозги избирателям? Если вы скажете "да", то еще раз укажете на то, сколь мало вы цените идеи и идейность. А если скажете "нет", то дадите многим согражданам (особенно - молодым, тем, кто ищет идею, которую хотелось бы начертать на личном штандарте) надежду на то, что им и правда есть за кем следовать.

Но вот парадокс: политики и избирательные технологи подходят к этому вопросу с прямо противоположной стороны. Они мечтают, чтобы активисты, выступающие на их стороне, были людьми идейными и при этом трудились бы бесплатно. Это, по мнению боссов, во-первых, сильно снизит стоимость их операций, а во-вторых - заметно повысит эффективность агитации. Ибо проводимые нанятыми социологами фокус-группы из года в год показывают: даже тренированный агитатор, не верящий в доктрину, которую он представляет, куда менее эффективен, чем ее идейный сторонник с такими же навыками.

Казалось бы - еще один аргумент в пользу того, чтобы платить таким активистам больше. Нет, операторы избирательных машин, похоже, считают иначе. В результате они часто узнают, что скупой либо и взаправду платит дважды, либо "кидает" своих несчастных "гоблинов". Это не может не печалить. Потому что у одних оно порождает разочарование во всем самом светлом, а других ведет прямиком к соперникам.

Вот ведь какая штука: так же как просвещенная общественность порицает сегодня не того, кто берет взятки, а того, кто берет, но не выполняет обещанного, так и избиратели возмущаются не тем, что кто-то платит своим копеечку за помощь в "кошмареньи" окружающих, а тем, что обещали, но не дали.

Между тем косо смотрят и на немногочисленных (их мало, но они правда есть!) активистов, работающих бесплатно. "Профессиональные полевики" - как на гадов, сбивающих цены и смущающих работодателей. "Работодатели" - как на "лохов", которых надо использовать, пока они есть. А прочее население - либо как на еще больших "лохов", которые могут подрубить бабла, но этого не делают, либо как на хитрюг, которые рассчитывают потом на нечто большее, чем скромная оплата "гоблинов".

Впрочем, когда наниматели начинают считать, они обнаруживают, что если планировать в масштабах городских выборов, то вложиться в "гоблинов" выходит дешевле, чем в кропотливую и целенаправленную идеологизацию и тренинги будущего бесплатного актива, с которым к тому же не всем из них и не всегда ясно что дальше делать. Но вот расчеты по большим национальным кампаниям могут дать совсем другие цифры. Особенно если планировать на отрезке, скажем, не на два, а хотя бы на пять-шесть лет вперед.

Практика показывает: планировать на такие отрезки некоторые наши политики и политтехнологи действительно крупного масштаба уже умеют. Когда-то я опубликовал в "Русском журнале" статью под названием "Гуманитарные технологии просачиваются в Кремль". Не прошло и десяти лет, как появились свидетельства того, что они туда уже в изрядной мере просочились.

А вот перед серьезными участниками серьезной игры встает дилемма (одна из многих): либо, совершая краткосрочные вложения, покупать политический актив, либо в рамках стратегического планирования вкладываться в идеологизацию и тренинг кадров, способных ответственно и эффективно действовать и карьерно расти на сравнительно долгом отрезке времени. Конечно, как это часто бывает, разные люди сделают разный выбор в соответствии со своими склонностями и состоянием. Однако независимо от того, какие и чьи решения можно было бы попытаться предсказать, хотелось бы напомнить пару любопытных историй.

Первая - про то, что почти никогда и почти никакие участники политического процесса не работали "за так". Даже самые пламенные революционеры и даже так называемые одураченные массы. Ибо пока те, кто их дурачил в меру своих умений и должностных обязанностей, приобретали свои блага, массам доводилось либо пограбить, либо потешить себя какой-либо иной материальной или нематериальной поживой.

Об этом, в частности, говорят многочисленные примеры и из времен сравнительно спокойных, и из русской и многих других революций, включая Великую французскую. Кстати, платить за агитацию и другую "полевую" политику в действительно массовом масштабе принялись именно в Великую французскую, и именно - революционеры. Ими была установлена особая такса, согласно которой оплачивались уличные манифестанты, клакеры в политических клубах, поддерживающие ораторов или же заглушающие их, и все прочие, включая и галерею в Конвенте, которая по сигналу ассистентов Сен-Жюста начинала яростно требовать к ответу обличаемых им "изменников" и "заговорщиков". Нередко историки называют этих платных "граждан и патриотов" не иначе как чернью. С другой стороны - пламенные (и не слишком) политические лидеры и функционеры всех времен отнюдь не забывали о своем благосостоянии и его повышении. И это, кстати, во множестве случаев вовсе не отменяло их готовности отдать жизнь за дело, которому они были искренне и беззаветно верны...

Меж тем Россия постепенно покрывается объявлениями особого содержания.

"РАБОТА на выборах (возможно совмещение). Запись на собеседование с 10 до 18 часов. Тел. [ ... ], адрес: Москва, ул. Кржижановского, д.4, кор.2, офис 8". Это объявление было наклеено на стеклянную стенку остановки, что на углу Ломоносовского проспекта и Мосфильмовской улицы. Кржижановского оттуда не слишком далеко, надо переехать через проспекты Вернадского и Ленинский да по Профсоюзной налево - вот где эта улица имени видного красного проектировщика.

"ТРЕБУЮТСЯ АГИТАТОРЫ для работы в этом микрорайоне. Тел. [ ... ], с 14-00 до 20-00. Неполная занятость. Стабильный оклад".

Стабильный оклад - это для многих все еще большое дело. Так что, думаю - по указанному телефону звонили, и часто. У нас это так: лишь только приблизятся первые грозы очередной национальной избирательной кампании, на досках объявлений, на дверях парадных, на остановках и фонарных столбах (не говоря уже об интернете) появляются вот такие объявления. Вот и теперь вновь стартует политический рекрутинг - набор в пропагандистские армии полевых агиткомандиров.

Вот и любопытно: станут ли предстоящие два избирательных года периодом, когда политические боссы дадут окружающим понять, что быть идейным активистом не только красиво, но и куда более выгодно, чем пассивным обывателем или наемником - алчным и беспринципным?

© Содержание - Русский Журнал, 1997-2015. Наши координаты: info@russ.ru Тел./факс: +7 (495) 725-78-67